Об охоте с Rika NV Surok L15

Непроглядная ночь опустилась на небольшое овсяное поле, окруженное с четырех сторон смешанным лесом. Ветер, бесновавшийся весь день, вдруг улегся, и на окружающую с четырех сторон тьму опустилась тишина. Ни звука, ни ветерка. Я нажал кнопку включения монокуляра, подождал немного, снял крышку с объектива и поднес его к глазу. Мир вокруг сразу ожил. Контуры деревьев и травы приобрели очертания, и среди них стали светиться яркие пятна.

- День был теплый, — сказал Дмитрий, — много что успело нагреться. Вон и лужи светятся, и стволы деревьев. Действительно, у многих предметов имела тепловую сигнатуру, но она была неподвижна. Мы же ждали выхода зверя.

В середине ноября, не выдержав напряжения городской суеты, я выехал в Вологодскую область. Как таковой охоты уже не было, как и снега. Тетерева еще не сбились в стаи и, как еще не подлетали к чучелам, вставленным на березах, так уже и не держали стойки легавой собаки. Рябчики, наоборот, уже были в стаях и, перестав откликаться на свист манка, переместились куда-то в глушь. Рев лосей закончился, и они либо отлеживались в глубине зарослей, либо бродили по опушкам, нагуливая жирок перед зимой. Но моей целью были не они.

Мне хотелось поохотиться на енотовидных собак, которых в угодьях развелось чересчур много, заняв нишу лис. Куда делись лисы? У них, как часто бывает при высокой плотности популяции, начались эпизоотии, а говоря простым языком — болезни. И, слава богу, ими оказались не чума и бешенство плотоядных, а чесотка, передающаяся от зверя к зверю при плотном контакте. Буквально два года назад можно было встретить в угодьях ободранных и лысых лис, численность которых очень быстро сократилась до минимума. Зато, как закономерность, сразу выросла численность зайца.

Место лисицы тут же заняла ужасно плодовитая и всеядная енотовидная собака, а в простонародье — енотовидка или енот, хотя к еноту-полоскуну она никакого отношения не имеет, разве что внешне немного похожа. В темное время суток их можно было встретить буквально повсюду. И от того, что они с окончанием эпохи пушного промысла никому стали не нужны, ведут енотовидки себя нагло и беспардонно, пожирая все, что только можно найти съестного: от всевозможной падали и мусора на помойках до разной мелкой живности. Это же, в свою очередь, в ближайшие годы скажется как на падении численности самых разных охотничьих видов животных и не только их, так и на появлении опасных болезней.

Сократить их численность надо было очень! Да и хотелось пообкатывать новую оптику. Вологодская область встретила совершенно разбитыми, размытыми дорогами и классической погодой предзимья: с дождями, заморозками, снегом, которые тут же сменялись ярким солнцем и оттаявшей слякотью.

Еще засветло охотовед Дмитрий заехал за мной на своем УАЗе, хорошо подготовленном для того бездорожья, и мы переехали вброд разлившуюся реку, вода в которой переливалась через капот внедорожника. В этот момент я отчетливо представил, как мой кроссовер ушел бы в этом месте под воду по самую крышу. Хорошо, что не стал рисковать и оставил его в соседней деревне на трассе. Тридцати минут дороги — и мы уже идем к вышке, стоящей на краю овсяного поля, где расположена и прикормочная площадка.

— Ничего, что мы с фонарями идем? — интересуюсь я у Дмитрия.

— Да они ничего не боятся, — отвечает он, — если сейчас кормятся на поле, то даже не уйдут с него.

Спокойно, с комфортом располагаемся на вышке. Уже темно. Еще только пять часов вечера, и рабочий день не закончился, поэтому где-то недалеко на вырубке продолжает работать лесовозная техника. На ощупь нахожу кнопку включения тепловизионного монокуляра, что совсем не сложно: она находится впереди других трех кнопок управления. Держу несколько секунд, и в видоискателе появляется изображение. Осматриваюсь вокруг и, убедившись, что животных в поле зрения нет, нажимая среднюю кнопку — включаю меню. Теперь можно спокойно выбрать нужную палитру, с которой будет удобно рассматривать окружающий «пейзаж», резкость и контрастность.

Звери стали появляться на поле один за другим. Первый из них расположился прямо напротив вышки и начала есть овес. До нее было около 50 метров, и было хорошо видно, как она то исчезает, то вновь появляется в густой траве. Второй зверь вышел с той же стороны, но, совершенно не обращая внимания на ужинающую первую «собаку», целенаправленно пошел к прикормочной площадке. Я вдоволь налюбовался на бродящих по полю енотов.

— Может, уже стрелять будем? — спросил Дмитрий.

— Пожалуй, пора. Давай сначала того, что на прикормочной. Он подальше будет.

Я включил видеозапись и отдал «Сурка» Дмитрию, взяв в руки карабин. Енот хорошо был виден в окуляр, и после выстрела остался на месте. Второй зверь даже не обратил внимания на выстрел и продолжал кормиться. Поэтому, никуда не спеша, я устроился поудобнее и нажал на спусковой крючок.

— Оба лежат на месте, — сказал охотовед, возвращая мне монокуляр.

— Еще придут?

— Конечно. Их тут штук восемь кормится.

И действительно, не прошло и пятнадцати минут, как из леса стали появляться звери. Сначала один, а за ним — второй и третий. Они выходили сразу, не осматриваясь и ничего не опасаясь, с уверенностью, что им ничего не угрожает. И вот тут началась невезуха. Все три енота кормились на приваде, и стрелять было крайне неудобно: получалось, что мне надо было развернуться вправо почти на 45 градусов. Оконная доска, на которую опирался карабин, была чуть выше, чем мне требовалось для прицельного выстрела. Я развернулся, подвернул под себя ногу, сев на нее, и стал целиться. К дальнейшему рассказу о моей стрельбе хорошо бы подошла фраза из анекдота «про плохого танцора». Уж не знаю, что мне помешало: то ли неудобное положение для стрельбы, то ли излишняя самоуверенность после первых добытых зверей, а может, новый карабин и новая оптика. Но я начал мазать. В результате — пять выстрелов, и все три зверя благополучно убежали в кусты. После осмотра места происшествия никаких следов крови тоже не оказалось.

Следующую ночь мы вновь приехали на эту же вышку, чтобы закончить разбираться с енотами. Но они решили в разборках не принимать участия и не вышли. Возможно, мы их основательно распугали в предыдущий свой приезд, а может, сильно беспокоила лесовозная техника, которая решила работать в этот вечер прямо на поле у нас за спиной. И хотя до нее было около 300 метров, яркие фары трактора-трелевщика так сильно освещали все вокруг, что в отдельные моменты было светло как днем.

Поэтому мы решили покататься по полям и поискать енотовидок на них. Енотов мы не нашли, зато в полной мере удалось насладиться возможностями монокуляра Rika NV Surok L15. Любой объект, даже на расстоянии, находился тут же, а если возникали сомнения — животное или нет — то я просто менял палитру. Кстати, лучше всего работала черная и белая: зверь был виден издалека.

Особенно хорошо удалось рассмотреть лосей, которые кормились на одном из участков. Все они были на разном расстоянии. Стрелять я не собирался, но было интересно, как далеко работает монокуляр, поэтому я подключил стадиометрический дальномер, кстати, для этого было достаточно всего одного нажатия кнопки. Лоси были на дистанциях от 50 до 270 метров. Те, что были поближе, решили не рисковать и быстро ретировались, а те, что кормились подальше, спокойно продолжили свою трапезу, чувствуя свою неуязвимость в темноте. Они же не знали, что мы их тоже видим.

Ночью расстояния скрадываются, и не всегда понимаешь, как далеко от тебя находится объект наблюдения. В какой-то момент я заметил тепловую сигнатуру — мелькание среди травы, и стал внимательно наблюдать, то увеличивая кратность до x4, а потом и до x8, то вновь уменьшая. Оказалось, что мыши. Их отлично стало видно, когда они выбрались на голый пригорок, не заросший травой, а затем выбежали на дорогу. Расстояние до них было около 10 метров, и можно было четко рассмотреть все их перемещения. А вот зайцы, кормящиеся на зеленях, совершенно не обращали на меня внимания. Так, изредка поглядывали в мою сторону и вновь кормились. К одному из них я даже подошел на 20 метров, но потом решил не беспокоить зверька и, сделав многочисленные фото и видео на монокуляр, отправился восвояси.

Было очень удобно то, что для съемки фото и видео используется одна и та же кнопка: нажал один раз — и получил фотографию, а подержал подольше — началась запись видео. А встроенной памяти в 32 Гб за глаза хватает, чтобы сохранить все эти кадры внутри монокуляра.

В деревне, где я жил все эти дни, не было электричества, причем никогда не было. Но спасибо прогрессу и появлению бензогенераторов — они стали единственным источником энергии. И чтобы свет в доме наладить или подзарядить аккумуляторы — их всегда хватает. В моем же случае это было не нужно. На все дни охоты для работы монокуляра мне хватило одной зарядки аккумулятора 18650, которую я сделал еще в Москве, и еще и осталось.

Вот такая получилась охота и одновременно тест прибора Rika NV Surok L15.